Человек-банкрот: квартира банку не нужна

Второй выпуск нового спецпроекта

«Деньги» продолжают следить за историей московской семьи, попавшей в безвыходную ситуацию с валютной ипотекой. Вернуть квартиру банку нашим героям не удалось: залог обесценился, и кредитору нет смысла его продавать.

Человек-банкрот: квартира банку не нужна«Мне кажется, что банкротство — крайняя мера,— говорит Ольга.— Хотелось бы все-таки договориться с банком». И она права: в большинстве случаев в ходе переговоров удается разрешить спор: заключить мировое соглашение или реструктурировать кредит. В конце концов, суд будет учитывать, все ли возможности использовал должник, чтобы решить свои проблемы.

В прошлой серии Ольга и Антон рассказали, как оказались в долговой ловушке, взяв валютную ипотеку за месяц до кризиса 2008 года. Они поддались общей панике (квартиры дорожали на глазах), не учли валютные риски, взяли кредит на грани возможностей (50% дохода семьи), да еще на 30 лет. Сегодня семья живет на Академической в двушке площадью 38 кв. м, платит банку более 110 тыс. руб. ежемесячно, а их квартира в долларах подешевела более чем вдвое. Теперь, даже продав ее, они останутся должны банку еще 5 млн руб.

Их кредитор — СМП-банк — крепкий орешек. Ольга обращалась с просьбой: перевести ипотечный кредит в рубли по рекомендованному курсу ЦБ 39 руб./$ или забрать квартиру, а остаток долга списать, но получила отказ. Максимум, на что пошел банк,— это кредитные каникулы, которые заканчиваются 10 ноября (семья сейчас вносит по 50% от необходимых ежемесячных платежей). Каникулы СМП-банк готов продлевать, но Ольгину проблему это не решит. Также банк предложил своим клиентам акцию: перевод валютных долгов в рубли по текущему курсу и ставке 12,95% годовых (плюс расходы на конвертацию и страховку). Но для Ольги и Антона это означало бы только увеличение ежемесячных платежей.

Уменьшить же платежи можно, например переехав в более дешевую квартиру — разница в цене уйдет банку как частичное досрочное погашение. Так, покупка однушки за 2,5 млн руб. в Подмосковье позволит снизить платежи с $1621 до $998 (66 тыс. руб. на момент начала работы над заметкой, 62 тыс. на момент окончания). СМП-банк готов работать по такой схеме при условии, что продажа старого жилья и покупка нового будут происходить в рамках одной сделки. Но при семейных доходах Ольги и Антона в 70-80 тыс. руб.— это все равно кабала. К тому же кардинально ситуация не меняется: стоимость залога снижается, а досрочно погасить кредит получится, только если курс вернется к 40 руб. за доллар. И да, о том, что Ольга и Антон заплатили банку раньше (около $135 тыс., 8,5 млн руб. по нынешнему курсу, в основном проценты — тело кредита за семь лет уменьшилось всего на $11 тыс.), придется забыть.

Последнее, что предложил СМП-банк,— увеличить срок кредита. Ольге и Антону это не подходит: они и так взяли ипотеку на максимальный срок. Более того, изменение срока при длинной ипотеке почти не влияет на ежемесячный платеж — ты все равно платишь почти одни проценты.

Ситуация кажется тупиковой — предложенные банком варианты реструктуризации не решают проблему. «Не понимаю, почему все риски на мне одной,— удивляется Ольга.— Ведь банк тоже должен нести часть ответственности за происшедшее». Недавно Ольга узнала, что валютные ипотечники СМП-банка создали инициативную группу, которая встречается с председателем правления Александром Левковским, пикетирует центральный офис банка и требует пойти на уступки. С зимы они пытаются привлечь внимание государства к своей проблеме, а также оказать психологическое давление на банковское руководство.

Но руководство сдаваться не собирается. «СМП-банк настроен на конструктивное решение проблемы с клиентами, имеющими ипотеку в валюте,— говорит директор департамента ипотечного и потребительского кредитования СМП-банка Наталья Коняхина.— К сожалению, ситуация не всегда складывается так, чтобы можно было найти решение, устраивающее обе стороны. Тем не менее с определенной частью таких заемщиков мы уже заключили новые договоры, где задолженность номинирована в рублях. Напомню, что, например, в мае, курс доллара находился на отметке около 50 руб., и у клиентов была возможность провести рефинансирование».

По словам Коняхиной, реструктуризация по старому курсу приведет к убытку и серьезному давлению на капитал, а также к разбалансировке валютной позиции. В свою очередь, в инициативной группе подсчитали, что при банкротстве Ольги банк потеряет не только 5 млн руб. основного долга, но и 8,3 млн руб. потенциальной недополученной выручки от процентов. В СМП с такой позицией не согласны. «Вообще, при обсуждении проблемы с валютными заемщиками все забывают о том, что у банков есть еще вкладчики, имеющие депозиты в валюте. Почему-то никому не приходит в голову предложить вернуть им деньги в рублях, например, по курсу 37 руб./$,— говорит Коняхина и продолжает: — К тому же перевод кредитов в рубли по курсу, рекомендуемому ЦБ, несет еще один риск — в соответствии с Гражданским кодексом клиент сможет досрочно погасить задолженность, фактически не выплачивая проценты, и банк не вправе будет ему воспрепятствовать. Поэтому разговоры о том, что при таком варианте банк получит дополнительные доходы в виде процентов,— лукавство».

Объединение с другими заемщиками — правильная стратегия. Совместные действия могут оказаться эффективными. Однако далеко не у всех может быть такая же тяжелая ситуация, как у вас. В СМП-банке валютных ипотечников мало — 56 человек, по подсчетам инициативной группы. Из них только 12 точно готовы идти на банкротство, а остальные пока думают (у многих есть имущество, которого они явно не хотят лишиться). Поэтому в банке не верят в то, что подача на банкротство станет массовым явлением, да и сама процедура по размеру убытка будет (во многих случаях) равносильна реструктуризации. Также не стоит забывать, что среди участников инициативной группы могут быть «профессиональные заемщики», которые готовы на длительные и дорогостоящие тяжбы с банком.

Часть вины за сложившуюся ситуацию, безусловно, лежит и на банке. Покупая валютный ипотечный портфель у GE Money банка в 2014 году, СМП мог бы лучше оценить риск падения рубля и предложить клиентам реструктуризацию. Да и корректировать валютную структуру баланса можно было заранее — в частности, снижая проценты по валютным вкладам. Но в СМП считают иначе: «Банк не готов брать на себя риски, возникшие не по вине банка, в данном случае — связанные с девальвацией рубля…» — говорится в протоколе встречи руководства с заемщиками, на которой обсуждались возможности решения проблем, «связанных с существенной девальвацией национальной валюты вследствие действий руководства страны и ЦБ РФ».

То есть ответственность, по мнению банка, должно нести государство, которое могло бы выкупить эти «токсичные» кредиты через АИЖК по номиналу. Но в агентстве напоминают, что валютной ипотекой они не занимаются, это — проблема банков.

Ответственность, видимо, лежит на всех трех сторонах: государство «успокаивало» (по факту — дезинформировало) население, банки плохо просчитали риски, заемщики пожадничали, попробовав сэкономить, а риски оценить не смогли. Возможно, решить проблему удалось бы, разделив поровну убытки, но власти согласны помогать тем, кто пострадал от собственного чрезмерно рискованного поведения, лишь отчасти. «Уж точно помощь не должна быть больше, чем тем, кто взял ипотеку в рублях»,— заявил президент во время «Прямой линии» в апреле. А спустя полгода — 1 октября 2015-го — согласился с тем, что не следует считать «прощенные долги» выгодой в смысле налогообложения.

Правило первое в этой серии — не ройте себе долговую яму. Если чувствуете, что больше не тянете платежи по кредиту, не берите новый. В Законе о банкротстве есть положение, согласно которому должник обязан подать заявление в течение 30 дней с момента, когда он осознал свою неплатежеспособность.

Правило второе — остановитесь. Перестаньте играть в русскую рулетку: некоторые игроки в казино, проигравшие большую сумму, пытаются снова рискнуть — вдруг судьба улыбнется им. Но судьба может и не улыбнуться — курс тоже может как упасть, так и вырасти еще больше.

Правило третье — не надейтесь, что ваши риски возьмет на себя третья сторона, особенно государство.

Правило четвертое — оценивайте свою собственную ситуацию, а другие заемщики пусть решают сами.

Теперь Ольга и Антон должны принять важное решение — стоят ли издержки от банкротства и продажи имущества с молотка свободы от долгов. Насколько издержки кредитной кабалы для них выше, чем испорченная кредитная история? Ведь, вместо того чтобы отдавать 70% доходов семьи банку ближайшие десять лет, они могли бы сосредоточиться на карьере, увеличить доходы и, возможно, лет через пять после банкротства снова взять кредит, но уже более грамотно. И, может быть, на более выгодных условиях.

 

КоммерсантЪ

 

Leave a Reply

Яндекс.Метрика