Высокий Суд Правосудия Англии и Уэльса сегодня 11 октября 2017 г. вынес решение об удовлетворении требований АСВ как конкурсного управляющего ЗАО «Международный Промышленный Банк» по результатам рассмотрения «трастового иска». Суд установил, что дискреционные трасты Пугачева С.В. являются притворными, а на активы, переданные в эти трасты, может быть обращено взыскание как на собственное имущество Пугачева С.В.
Впервые судебный приказ о наложении ареста на активы Пугачева С.В. по всему миру был получен по заявлению АСВ в июле 2014 года. С тех пор Высокий суд правосудия вынес свыше 170 приказов и целый ряд решений, позволивших АСВ в конечном итоге добиться успешного рассмотрения Судом «трастового иска».
Ключевым направлением английского судебного разбирательства для АСВ с самого его начала являлось оспаривание структуры владения Пугачевым С.В. своими активами с использованием новозеландских дискреционных трастов. Данные трасты использовались Пугачевым С.В. для сокрытия своего имущества, включая два объекта в Лондоне и виллу на острове в Карибском море.
В решении от 11 октября 2017 г. Суд согласился с тем, что рассматриваемые трасты в действительности не были настоящими дискреционными трастами. Истинная сущность этих трастов заключается в том, чтобы Пугачев С.В. оставался единственным бенефициарным собственником трастовых активов. Пугачев С.В. сохранял абсолютный контроль над активами в силу своего статуса «протектора» этих трастов, что, помимо прочего, позволяло ему сменить доверительных управляющих трастов, если бы они перестали выполнять его поручения.
Суд также согласился с доводами АСВ, что в той степени, в которой трасты могли бы представлять собой подлинные дискреционные трасты, они являются притворными, в том смысле, что они служат для введения в заблуждение третьих лиц, в то время как Пугачев С.В. сохранял контроль над активами.
Судья Бирсс установил, что:
«Суть трастов заключалась не в том, чтобы передать контроль над его активами кому-либо еще, а в том, чтобы скрыть свой контроль над ними. Другими словами, господин Пугачев намеревался использовать трасты в качестве средства для введения в заблуждение других людей, создавая видимость того, что имущество ему не принадлежало, в то время как на самом деле он оставался собственником активов. Роль Протектора была механизмом, с помощью которого он мог осуществлять контроль… Эта попытка сделать активы трастов недоступными для судебного взыскания не должна увенчаться успехом».
