Экономическая коллегия Верховного суда РФ отменила решения трех инстанций по делу № А41-65170/2024 и отказала финансовому управляющему в признании недействительным договора дарения половины квартиры, заключенного должником Аркадием Бришем с его матерью Дианой Княжицкой. ВС исходил из того, что спорная доля являлась единственным жильем Бриша и не подлежала включению в конкурсную массу, а потому ее отчуждение не причинило имущественного вреда кредиторам.
Нижестоящие суды ранее сочли сделку способом вывода актива на фоне финансовых проблем компании, которой руководил Бриш. Они признали дарение недействительным и, поскольку квартиру впоследствии продали третьим лицам, взыскали с Княжицкой 15,5 млн рублей — половину цены ее последующей продажи.
Дарение состоялось за шесть лет до личного банкротства
Аркадий Бриш и Диана Княжицкая с 1993 года владели квартирой в Москве на праве общей собственности. 22 июня 2018 года Бриш подарил матери принадлежавшую ему 1/2 долю, а в сентябре того же года переход права собственности был зарегистрирован.
В сентябре 2018 года началось банкротство ООО «Москаппроект», руководителем которого являлся Бриш. В мае 2021 года его привлекли к субсидиарной ответственности на 27 млн рублей за непередачу документации общества. В июне 2021 года Княжицкая продала квартиру третьим лицам за 31 млн рублей.
Дело о личном банкротстве Бриша было возбуждено только в 2024 году. В июле 2025 года финансовый управляющий Инна Михайлова потребовала признать договор дарения недействительным, сославшись на статьи 10, 168 и 170 ГК РФ и злоупотребление правом.
Суды увидели вывод актива
Первая инстанция пришла к выводу, что к моменту дарения Бриш уже знал о значительной задолженности «Москаппроекта» и признаках его неплатежеспособности, которые, по оценке суда, возникли не позднее апреля 2018 года. Безвозмездное отчуждение единственного недвижимого имущества суд расценил как действие в ущерб будущим кредиторам.
Апелляция и кассация согласились с этой позицией. В числе обстоятельств, свидетельствовавших, по мнению судов, о злоупотреблении правом, они указали безвозмездность сделки, отсутствие у Бриша другого имущества и его осведомленность о финансовом положении компании. Поскольку вернуть долю в натуре после продажи квартиры было невозможно, с Княжицкой взыскали 15,5 млн рублей.
ВС применил защиту единственного жилья
Жалобу Княжицкой в Экономколлегию передала судья Верховного суда Елена Борисова. По итогам рассмотрения коллегия отменила акты трех инстанций и приняла новый судебный акт об отказе финансовому управляющему.
Как указал Верховный суд, спорная доля являлась единственным жильем должника и поэтому пользовалась исполнительским иммунитетом. Такая защита предназначена для сохранения минимально необходимого уровня жизни гражданина. Само распоряжение единственным жильем не означает автоматического отказа от иммунитета.
Из этой позиции следует, что при сохранении доли у Бриша кредиторы все равно не могли бы реализовать ее в рамках конкурсной массы. Следовательно, отчуждение имущества, которое изначально не подлежало взысканию, само по себе не уменьшило имущественную базу, доступную кредиторам.
Спор затронул пределы оспаривания старых сделок
Представлявшая Княжицкую адвокат Екатерина Худова также обращала внимание на сроки совершения сделки. Дарение состоялось в 2018 году, тогда как личное банкротство Бриша началось в 2024-м, поэтому договор находился за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного законодательством о банкротстве.
Финансовый управляющий пыталась оспорить договор на общегражданских основаниях. По позиции защиты, статьи 10 и 168 ГК РФ не должны использоваться как способ обхода специальных сроков банкротного оспаривания без самостоятельных доказательств злоупотребления правом. Решение Верховного суда подтвердило значение исполнительского иммунитета при оценке вреда кредиторам и сохранило договор дарения в силе.