Анна Занина о проблемах сокрытия информации

Анна ЗанинаПосле введения западных санкций у властей РФ появилось множество разных идей, как защитить тех граждан и компании, которые попали в черные списки. В конце 2017 года правительство получило возможность решать, какая информация о подсанкционных лицах не должна оказаться в открытом доступе. Довольно поспешно было принято несколько постановлений, одно из которых привело к парадоксальной ситуации.

Постановление №5 от 12 января сделало исключения из закона о госрегистрации, касающиеся публикации в федеральном реестре (Федресурс) сообщений о фактах деятельности юрлиц и ИП. Согласно документу, ряд сведений (о выдаче независимой гарантии, о финансовой и бухгалтерской отчетности и др.) в отношении лиц, которые находятся под зарубежными санкциями, вносятся в реестр, но не размещаются в интернете, то есть становятся засекреченными.

Но если в теории все было гладко, то на практике получилось как всегда. На днях в юридическом сообществе обсуждали как раз такой случай. Россельхозбанк (РСХБ) подал на банкротство своего заемщика. Должник решил проверить, размещал ли кредитор в Федресурсе сообщение о намерении банкротства за 15 дней до обращения в суд, как того требует закон, но публикации не нашел. На запрос суда «Интерфакс» (оператор Федресурса) ответил, что информация о намерении кредитора скрыта из общего доступа в связи с тем, что в отношении РСХБ введены санкции США, и сослался на постановление правительства от 12 января. Такая практика оказалась повсеместной.

Ситуация поставила много вопросов. Во-первых, правительство принимало меры для защиты информации в отношении именно подсанкционных лиц. Это может подразумевать сокрытие публикаций о самом РСХБ, но непонятно, при чем тут его заемщики — фермеры и сельхозпредприятия. Во-вторых, нарушается право должника, да и других кредиторов, узнать о планах банка его обанкротить, что дает возможность для оспаривания такого засекречивания в суде.

Ну и самое смешное, постановление от 12 января не касалось пункта, который обязывает лицо публиковать сведения о недостаточности его собственного имущества. Получается, что если РСХБ или иной фигурант черных списков окажется в предбанкротном положении, информация об этом в Федресурсе будет открыта для всех, но если подсанкционное лицо захочет обанкротить любого, даже мелкого должника, эти сведения окажутся секретными.

Возможно, правительству следует разъяснить, сведения в отношении кого — кредитора или должника — нужно считать тайной. Но честно говоря, я вообще не вижу смысла скрывать данные о намерении банкротства, ведь когда заявление будет подано в суд, информация об этом все равно станет общедоступной.

КоммерсантЪ

Leave a Reply

Яндекс.Метрика